707e326b     

Сакин Сергей - Последний Герой В Переплете



adventure Сергей Сакин Последний герой в переплете Что такое телеигра «Последний герой», которая сорок дней держала в напряжении полстраны: занимательное развлечение, срежессированное талантливым постановщиком, или вынесенная на публику человеческая драма? Версия Сергея Сакина — одного из участников-финалистов — описывает события марафона на выживание в аллегорической форме, предоставляя читателю возможность вместе с автором додумать, что осталось за кадром в популярном телешоу...
ru ru Ego http://ego2666.narod.ru ego1978@mail.ru FB Tools 2006-04-16 EGO-LH-9CC4F23A-F976-471C-8254-775BB616710F 1.0 v1.0 — создание fb2 Ego
Последний герой в переплете Вагриус 2002 Сергей Сакин
Последний герой в переплете
Автор хотел бы предоставить читателям право самим решать, являются ли персонажи вымышленными, или имеют реальные прототипы. В любом случае все приписываемые им мысли и рассуждения — плод буйной фантазии автора.
ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
Последнее время я часто стал обижать своих друзей. То есть я не делаю этого умышленно, просто так получается, что они обижаются. Но на то они и друзья, чтобы простить меня, когда все вернется на круги своя.

Ведь не может же это продолжаться вечно — рано или поздно все устаканится, и я снова стану прежним. И…
Нет, ни фига уже не получится. Не получится стать прежним. И друзья так и будут обижаться.

А потом, наверно, привыкнут. Привыкнут и перестанут звонить, и только в разговорах будут вспоминать, сожалея, я надеюсь, вполне искренне: «М-да-а, испекся старичок. Или звезданулся наш писатель окончательно?»
Писатель — это я. Простите, простите, пожалуйста, мои верные закадыки. Я сам знаю, что я не прав и виноват. Виноват перед вами всеми и еще, кажется, перед Ней.

Перед своей женой. Она у меня веселая и красивая, молодая (я, вообще-то, тоже не очень старый). И ей хочется гулять, общаться, ходить иногда в кино, а не сидеть днями напролет дома, вдыхая дым бесчисленных сигарет.

Дым, кстати, становится все гаже и все более вонючим, потому что мне мало никотина, и я покупаю все более и более крепкие сорта. А ходить куда-либо to chat & socialize без меня она не может. Она верная и сильно меня любит.

Иногда она даже похожа на word-овскую собачку, которая сидит сейчас в углу экрана и караулит мои ошибки. Я ей стараюсь платить взаимностью.
Я для нее могу ВСЕ. Все, кроме одного. Выходить в свет. Абсолютно буквально: мне не можется выползать на улицу, в любое людное место, вообще — в любое место. По городу я перемещаюсь на такси.

Самое интересное, что здесь нет никакой паранойи, шизофрении и прочих отклонений от нормы. Психически я абсолютно нормален.

Тем более нормален я физически — все продолжаю отъедаться и, не давая еде перерастать в жир, даже изменил своему правилу рака-отшельника: вылезаю из норы и ползаю (почти регулярно) в спортзал. Там цепляю перчатки и три раза в неделю по два часа отрабатываю удары, нырки и уходы — всю эту боксерскую премудрость.

Я знаю, что мой спарринг-партнер (честь имею представить: Стэкс, тоже мой Друг, уже пролезал в тексты двух моих книжек) меня жалеет. Знает, что я совсем не в форме, «скис старичок». А потом бью по груше.

Физическая вымотанность на время помогает.
Сразу умный читатель задаст вопрос: «А от чего тебе, здоровый, удачливый, не без таланта, признанный-известный, счастливо-окольцованный, помогать?» «А сам не знаю», — отвечу я этому читателю. И это будет полуправдой. Полуправда — значит полуложь. Проблема (нет, не проблема — болезнь!) моя столь специфично-деликатна, что объяснить е



Назад