707e326b     

Самоделова Светлана - Любовь И Система



Светлана САМОДЕЛОВА
ЛЮБОВЬ И СИСТЕМА
Никитины хотели перевернуть мир.
Мир перевернул их детей
"Московский комсомолец" №49 за 3 марта 2000 г.
Семеро знаменитых детей Никитиных - Алексей, Антон, Ольга, Анна, Юлия,
Иван, Любовь - выросли в крайней нужде. Они не знали вкуса колбасы и сыра.
Апельсин так и остался для них диковинным фруктом. Любимым блюдом в семье
была манная каша. Никитины не могли найти общего языка с одноклассниками.
Ни у кого из них не было друзей. Они были прекрасно подготовлены к
обучению, но потерпели неудачу в школе...
"Великолепная семерка" - так называли их журналисты Корреспондент "МК"
Светлана САМОДЕЛОВА попыталась выяснить, какие впечатления остались у
выросших Никитиных от детства. Состоялись ли они профессионально?
Какие элементы системы воспитания из родительского дома в Болшеве
перенесли в свои собственные семьи? Нереально было поговорить со всеми
Никитиными. Глава семьи, Борис Павлович, год назад ушел из жизни, старший
из детей - Алексей - живет в Лондоне... На удачу, сохранились архивные
записи родителей и уже выросших семерых детей.
С разрешения семьи корреспондент "МК" включила их в свою статью.
"Кошмарный сон" - школа Все семеро детей Никитиных были одарены,
талантливы, воспитаны в стремлении достигать цели. Ни один из них не стал
в школе ни отличником, ни тем более медалистом. Они были необыкновенно
развиты физически и показывали в раннем детстве удивительные результаты в
беге, прыжках, поднимали три-четыре собственных веса. Но на доске почета
среди портретов прославивших школу спортсменов Никитиных тоже нет.
"Я ходил в учениках социально опасных. Я бегал с уроков, прогуливал
целые дни... Учился я, прямо скажем, скверно в силу своей совершенно
безудержной лени. Я был двоечником и троечником. Неоднократно оставался на
осень. У меня были жутко изрисованы учебники, по-моему, в них не было ни
одной чистой страницы. Домашних заданий я почти никогда не делал... Двух
или трех учителей я искренне ненавидел. Я им доставлял много хлопот: мог,
например, выйти на уроке из класса, хлопнуть дверью посильнее, если мне
чем-нибудь не нравилось поведение учителя. Мою бедную классную
руководительницу я не раз доводил до слез". Это воспоминания о
"незабываемых" школьных годах не какого-нибудь бандита, а старшего из
Никитиных - Алексея.
Все Никитины были младше остальных детей в классе.
Раннее развитие творческих способностей предполагало раннее поступление
детей в школу. Алеша, например, был младше одноклассников на два года.
Антона, по настоянию папы, в восемь лет перевели в... пятый класс. Борис
Павлович исписал три страницы машинописным текстом, дабы убедить завуча,
насколько сын лучше читает, решает задачи и уравнения, чем пятиклассники.
Аня поступила в школу в семь лет - сразу во второй класс, потом, в
четвертом классе, что называется, перескочила: полгода училась в
четвертом, а полгода - в пятом классе. Юлю отдали в первый класс, когда ей
еще и пяти лет не было...
Разница в возрасте с одноклассниками сыграла с Никитиными злую шутку.
"То, что мы были младше остальных в классе, изолировало нас от круга
сверстников, - говорит Юля, - и меня лично разучило общаться с другими
людьми, кроме семьи". "Если бы я училась со своими ровесниками, может
быть, и характер у меня формировался несколько иной, - грустит Люба, - я и
сейчас не умею находить контакт с окружающими..."
Никитины были вынуждены часто менять школы. Старший, Алексей, учился,
например, в семи разных классах, в



Назад